Воспоминание о студенческой практике

      В июне 1952 года мы, студенты 4 курса кафедры профессора С.Н. Данилова, проходили производственную практику на одном из заводов Казани.

      За неделю до ее окончания к нам приехал доцент нашей кафедры к.х.н. П.Т. Пастухов. Он имел указание от декана факультета продлить практику на заводах Моздока, Нальчика, Владикавказа и Зугдиди, где получали целлюлозу из местных видов древесины. П.Т. Пастухов читал нам курс "Химия и технология целлюлозы".

Выданные путевки и суточные обеспечивали проезд, питание и экскурсии в места, связанные с жизнью И.В. Сталина. Денег дали очень мало, правда, и привычки тогда, как у ученых, так и у студентов были более чем скромные, все в детстве пережили войну.

      В те годы гостиниц почти не было, но Павел Терентьевич устраивал нас в спортивных залах школ и училищ. Спали на матах. Переезжали с места на место в открытом кузове грузовиков. Нам все было ново и интересно, мы ведь до этого нигде не бывали.

     Начали со Сталинграда. От Казани плыли до него на палубе грузопассажирского парохода. Прошло 7 лет, как кончилась война, а большая часть Сталинграда лежала в руинах.

      Помню, что военнопленные немцы восстанавливали набережную и мраморную лестницу к Волге. Дошли пешком до Мамаева Кургана. Он был сплошь засыпан осколками снарядов, не росла даже трава, на память мы взяли немного земли, смешанной с металлом. Я потом отвезла ее домой, папе, который воевал, но не в этих краях, а на Ленинградском фронте. По плану практики побывали в музее имени Сталина. На стенах висели плакаты и фотографии времен Гражданской и Отечественной войн.

    Пассажирским поездом, в страшной тесноте, поехали в Моздок. Были там 2 дня. На их заводе познакомились со всем технологическим циклом - очистка дерева от веток и коры, распиловка, расщепление, дробление на мелкие куски, варка в огромных котлах, сушка и упаковка. Все операции делались вручную, работами одни женщины. Такую картину мы наблюдали и на других заводах. Жалко было их видеть. Но в рабочей столовой нас радушно кормили обедами, на столах лежало много хлеба, остатки разрешали брать с собой. Тогда это была основная еда.

   После утомительных переездов на грузовиках по неровным дорогам, прибыли в Кисловодск. Пили там минеральную воду, сильно пахнувшую сероводородом. Пастухов говорил: "Пейте больше, полезно!". Поехали в Пятигорск, посетили музей Лермонтова с остатками мебели тех времен: сундуки, картины в старых рамах, буфет, книжный шкаф. С хранителем музея пошли к месту дуэли Лермонтова, где стоит большой памятник и видна вдали гора Бештау. Пожилой хранитель был нам рад, читал много стихов, посвященных этим местам. И мы вспоминали стихи Лермонтова, выученные в школе, и героев его поэм.

    Было трогательно и незабываемо. Я больше не была в тех местах, а как было бы интересно посмотреть, что и как сохранила память.

     Из Владикавказа вдоль стремительного Терека пошли пешком до поселка Казбеги. Это часть Военно-Грузинской дороги, построенной в начале 19 века.

    Прямо из реки пили чистую прозрачную воду, ели хлеб. А в Казбеги удалось устроиться на ночлег в клубе альпинистов. Обедали в их столовой. Утром отряд альпинистов повел нас к ледникам на горе Казбек. Дальше пойти не смогли, обувь была простая, ненадежная и единственная. Да и мы боялись, Казбек все же!

    Показали нам древний храм из каменных глыб, а в глубоком ущелье напротив пещеры бывших отшельников. Хорошо помню, как в небе парили орлы, было тепло, солнечно и чистейший воздух. Казалось, прямо рай.

     Снова сели в кузов грузовика и по дороге, вертящейся серпантином, через Крестовский перевал, мимо ущелья с видным внизу замком царицы Тамары, спустились вниз к городу Пасанаури. Не успели приехать, как нас сразу пригласили на грузинскую свадьбу. Шумно, весело, с танцами, пением, громкой зурной и обильным пиршеством. Угощали нас вкусными блюдами и снабдили едой на дорогу.

     По живописным дорогам доехали до Мцхеты. Полюбовались издали на горный монастырь Мцыри. Потом - в Тбилиси. Пару дней жили там, в общежитии университета. Поднялись на гору Св. Давида, оттуда открывался потрясающий вид на город. Поклонились могиле Грибоедова.

     В серных банях с мраморными скамьями попробовали весь ритуал от серных вод до веников, были счастливы. Не меньше удивил нас в Тбилиси огромный рынок - шумный, обильный, радушный. Давали пробовать фрукты, лепешки, шашлыки, мацони - местный сыр.

    На экскурсионном автобусе - бесплатно! - съездили в Гори, посмотрели, как деревянный домишко Джугашвили окружили мраморным обрамлением.

     Из Тбилиси поездом поехали в Зугдиди. Там, на заводе переработки древесины в целлюлозу весь процесс был механизирован и работали только мужчины. Это грустно удивило, и мысленно сравнивался труд на разных заводах.

Поездом поехали в Сухуми. Из-за карантина не смогли побывать в знаменитом обезьяннике, не смогли и искупаться в Черном море - где-то разлили нефть.

      Возвращались поездом до Москвы, а далее кто куда, по домам, на каникулы. Я поехала в Киргизию, в город Токмак, где жили мои родители.

       Мне 85 лет, я много путешествовала, увидела многое и в России и в других странах, но впечатления от поездки 1952 года остались на всю жизнь. В душе большая благодарность Павлу Терентьевичу Пастухову за то, что захотел нам представить в большом объеме нашу будущую специальность и одновременно показать интересные уголки страны, все организовывал, договаривался, уговаривал нас, когда мы упирались. В те времена не было путеводителей, только знание литературы, географии и общая культура помогали увидеть интересное.

                               Лия Григорьевна Труженикова, студентка 1948-1952 г.г., сотрудница ЛТИ 1953 -1989 г.г.